Алексей Забазнов
Вячеслав Юшкин

ГЭБУХА

Когда 9 мая 2005 года я смотрел трансляцию парада Победы из Москвы, то при виде рапорта министра обороны Иванову президента Путину вдруг понял, что имеют в виду люди, когда с особым чувством произносят вслух слово "гэбуха". Затем я усомнился, что понял правильно. И тогда, чтобы разрешить сомнения, я зашёл к Славе Юшкину.
- Слав! - спросил я его. - А что имеют в виду люди, когда с особенным выражением говорят слово "гэбуха"? Или "гэбня"?
- Да кто их разберёт, что они имеют в виду! - фыркнул Слава. - Они же вообще про конторщиков ничего не знают, воображают, что это какие-то чудовища. А на самом деле - милые люди, никого без причины не трогают и даже шпионов ловят иногда, если те сами сдаются, как у нас тут недавно было.
- У нас - это где?
- В Краснодаре.
- Да ну? А что у нас можно высматривать?
- Много чего. В крае - очень много различных стратегических объектов. В той истории шпионы купили схему аэродрома.
- Но постой, зачем им тратиться на схему, если всё можно заснять со спутника?
- А спутники не у всех есть. У наших главных друзей - американцев - да, есть. А у ближних друзей - турок - нет, а им же тоже интересно. Вот только главные друзья с ними добычей не делятся. Ну и приходится им действовать старым способом.
И Слава Юшкин рассказал мне очередную историю.
...Однажды милиционеры задержали в Первомайском парке пьяного мужика и посадили протрезвляться в обезьянник на своём опорном пункте. Посадили и забыли. Сидел он сутки, другие, на третьи вдруг говорит:
- Дайте мне бумагу и ручку. Хочу сделать явку с повинной.
- Это правильно, - говорит лейтенант, - чистосердечное признание смягчает наказание. Чего сделал?
- Родину продал.
- Бывает. Сколько взял?
- Пятнадцать тысяч долларов.
- Что же так дёшево-то?!
- А я только карту аэродрома продал, а больше у меня ничего не было.
- Ну, понятно. Сейчас дадим тебе бумагу.
И обращается лейтенант к капитану:
- Как думаешь, по-моему, пора вызывать санитаров; все симптомы белки, сейчас он от зелёных человечков начнёт отстреливаться.
- Подожди, - возражает ему капитан, - он же не так просто говорит. Он явно что-то знает. Так что зелёные человечки нам с тобою не страшны, а вот серым человечкам позвонить надо.
Серые человечки, как известно, обитают в серых домах. В Краснодаре, в "нашем маленьком Париже", такой дом стоит на улице Мира, и вот с этой местной Рю-де-ла-Пэ они прикатили сразу же после звонка. Ах, зачем не беззаботный лейтенант решал судьбу выпившего мужичка, зачем не сделал ему укол добрый доктор и не забрал в больницу! Увы, за несчастным приехали не люди в белых халатах, а люди в серых костюмах.
Следователь поздоровался, записал анкетные данные и начал:
- Вы говорите, что продали схему аэродрома?
- Да...
- Кому?..
Выяснилось, что этот мужичок, бывший прапорщик, уже давно отдыхающий на пенсии, в своё время и вправду задвинул схему аэродрома турецким агентам. Они вышли на него, когда он ещё служил...
- Почему же он вдруг решил сознаться? - спросил я, ничего не понимая.
- А с бодуна мозги закипели, - объяснил Слава. - Он вдруг решил, что чекисты вышли на его след, будут держать его в камере, пока он не сознается, и единственное, что ему остаётся, это скорее сделать явку с повинной. Вот такие дела. Или уж Родиной не торгуй, или не пей, или, опять-таки, не сознавайся. А чекисты за него перед судом ходатайствовали, добрые же люди. А ты говоришь: "гэбуха"...

2005-07-06